August 5th, 2013

куколка

УвИ: Дела семейные

В Смирне у нас была большая семья: моя сестра Зоя Кантакузина, муж ее, стратиг, их дочь Елизавета, девушка на выданье, и приемный (Зоин) сын Родион. А я была Люпиния Аппроксимата, библиотекарь города Смирны, свободная женщина.



Справа налево: мужчина в красном - стратиг, Зоя, между ним и Зоей - Родион, справа от матери - Елизавета

И был у нашего семейства узнаваемый почерк.
У Зои была мрачная тайна, которой она поделилась со стратигом. Выяснилось, кстати, что Родион – не незаконнорожденный и вообще не ребенок Зои. На радостях стратиг пошел в церковь и зарубил единственного остававшегося в живых родственника Родиона, его старшего брата-заговорщика, и по совместительству первого мужа Зои.
Орали на улице жутко; я грешным делом подумала,  что это стратиг Зою зарубил, сестру мою единоутробную, взяла нож и пошла к стратигу донести, парой ударов, что так дела не делаются. Нож, впрочем, пригодился – я передала его стратигу в темницу. На суде стратиг напирал на то, что убитый только прикидывался монахом, а на самом деле был заговорщиком, сбежавшим от казни, так не все ли равно, тогда или теперь он расстался с жизнью? К тому же, добавлял стратиг (Зоя в это время рыдала в темнице «За правду страдаем!», заглушая вопросы офигевшего судьи), вы не можете меня судить, требую суда императора. Дукс колебался; и тут-то митрополит, возмущенный смертью своего человека, и разгласил тайну исповеди, закричав, что ни фига подобного, из ревности стратиг убил несчастного (стратиг о бурной юности своей жены благоразумно умалчивал). Митрополит пытался спорить, и, собственно, свою смерть в исповедальне он наспорил именно в этот момент – потому что родственники подсудимых, например, я, тоже присутствовали на суде и очень внимательно слушали. Стратигу и Зое дали игротехнический корабль и отправили морем, в Константинополь.
Я осталась за старшую и обмозговала ситуацию. По всему выходило, что от громкой фамилии Кантакузин надо избавляться. Я уже договорилась насчет себя самой с представителем знатной фамилии Дельфинов (мне все нравилось в моем муже, но фамилия – особенно!), и тут уже пошла и просватала им Родиона, которому после ухода приемного отца срочно требовалась эмансипация. Дочь стратига, красавицу Елизавету, я думала пристроить в не менее знатную семью Гавалов, несмотря на особенности их семейного почерка – там было три брата, у старшего жена загадочно умерла, от второго невеста сбежала в монастырь, а третий вот почему-то никак не мог жениться. Даже странно, да, почему девушки не рвались стать членами этой замечательной семьи. Но поговорить с Гавалами я не успела – сомневалась, сомневалась, все ж таки родная кровь, страшно в эту семью Синих Бородей девочку отдавать, и в сомнениях заснула. А девушка из Дельфинов всю ночь чесала спинку нашему казначею, распутница этакая.

Лирическое отступление.
На этой игре беременность была, а вот отыгрыша секса не было. Мы, в Смирне, как-то подумали, что все время полагаться на святого духа негоже, не по-православному как-то, и стратиг с Зоей изобрели секс и обучили этому чудесному занятию всех жителей. Отыгрыш был прелестный и приятный. У каждого человека на спине, между лопатками, есть место, которое ты сам почесать не можешь…
Конец лирического отступления

Collapse )